Федеральный проект по сохранению озера Байкал признан проваленным
![Федеральный проект по сохранению озера Байкал признан проваленным](/imgs/2024-09-10/76681.jpg)
Власти намерены создать на Байкале всесезонный курорт. Беда в том, что территория вокруг великого озера к этому не готова – коммунальная инфраструктура прибрежных населённых пунктов остаётся в плачевном состоянии.
Это результат провала программы по охране озера Байкал на 2012–2020 годы и федерального проекта «Сохранение озера Байкал» (2019–2024 годы).
Корреспондент «Нашей Версии» лично убедился в том, что на берегах Байкала назревает экологическая катастрофа. В прошлых номерах мы рассказали о ситуации на острове Ольхон, в районе Листвянки и в заливе Култук. Сегодня немного вернёмся в прошлое и посмотрим, как тратились бюджетные деньги, предусмотренные на сохранение Байкала.
Рыбные места
Выделяемые на спасение Байкала миллиарды уже не один год уходят словно в песок, не оставляя осязаемых результатов. Одно из доказательств – выпущенный в 2018 году доклад Счётной палаты о реализации программы по охране озера Байкал в 2015–2018 годах. По данным ведомства, на неё было потрачено 8,4 млрд рублей, однако экологическая обстановка в районе озера не только не улучшилась, но продолжала ухудшаться. Аудиторы возложили вину за провал программы на Минприроды, которое выступало госзаказчиком во многих проектах.
Читайте ещё:Компания крестника Шойгу, работающая с Минобороны, утроила доходы во время войны
Напомним, что с 2012 года Минприроды возглавлял Сергей Донской. В мае 2018-го он не вошёл в состав нового правительства и прекратил карьеру федерального чиновника (этому предшествовали обвинения в конфликте интересов – жена и тёща министра входили в число учредителей центра «Твоя природа», который получил поддержку госорганов и крупных компаний-недропользователей). Доклад Счётной палаты вышел спустя полгода и оказался просто разгромным. «Минприроды России не обеспечило надлежащую координацию деятельности государственных заказчиков ФЦП. Финансовые ресурсы и целевые индикаторы между собой не увязаны, достоверность установленных индикаторов не подтверждена. Средства, выделенные на её реализацию, расходуются зачастую без достижения ожидаемого результата», – утверждал аудитор Сергей Нероев. Отставания и недоделки фиксировались по многим направлениям – организация полигонов ТБО, экологический мониторинг, работы на загрязняющих природу объектах и т.д.
После этого в правительстве, видимо, решили, что усмотреть за всем из Москвы трудно, и ответственность за исполнение нового проекта «Сохранение озера Байкал» (2019–2024 годы) передали регионам, прежде всего Иркутской области и Бурятии. Правда, обещанные деньги в полном объёме не выделили. Всего на проект из федерального центра предполагалось «спустить» в регионы 27 млрд рублей, ещё около 7 млрд регионы должны были изыскать у себя.
Выделяемые на спасение Байкала миллиарды уже не один год уходят словно в песок. Одно из доказательств – выпущенный в 2018 году доклад Счётной палаты о реализации программы ПО Охране озера БАЙКАЛ В 2015-2018 Г. на неё было потрачено 8,4 млрд рублей, однако экологическая обстановка в районе озера не только не улучшилась, но продолжала ухудшаться
Первые три года финансирование шло по плану. В это время Иркутская область и Бурятия сосредоточились на разведении рыбы и выпуске в Байкал малька омуля. В частности, в Бурятии взялись за реконструкцию Большереченского рыбоводного завода (входит в структуру ФГБУ «Главрыбвод», подведомственного Росрыболовству). Общую стоимость проекта нам выяснить не удалось – как видно, работы разбиваются на множество лотов для выставления на тендеры. Мы нашли лоты стоимостью 216 млн рублей, 331 млн и 25 млн рублей. Первый из них получило ООО «Особняк строй» из Улан-Удэ. Вскоре после этого компания обанкротилась. Как это отразится на состоянии объекта, пока неясно. Реконструкция должна завершиться в этом году.
В Бурятии и Иркутской области регулярно отчитывались о выпуске партий рыбной молоди в Байкал. С одной стороны, дело хорошее. Но с другой – эффективность этой меры оценить трудно, а ещё труднее проконтролировать истинное количество выпущенных мальков. Огромный простор для коррупционных схем! На это направление в федеральном проекте было предусмотрено 888 млн рублей, 500 из них приходилось на 2022 год. Сколько в итоге удалось освоить, неизвестно, поскольку именно в 2022 году федеральные власти изменили правила игры: деньги перестали спускать в регионы по заранее оговорённому графику, а перешли на финансирование по заявкам на конкретные проекты. И вот тут дело застопорилось.
Очередь из проектов
Сказать, что сейчас совсем ничего не делается, было бы преувеличением. К примеру, в Иркутской области реконструируют очистные на правом берегу Ангары. Однако Ангара вытекает из Байкала, то есть напрямую на состояние озера эти работы не повлияют.
Что касается очистных на берегу Байкала со стороны Иркутской области, то для них пока разработали только проекты. На мартовской встрече губернатора Игоря Кобзева и президента Владимира Путина речь шла о планах строительства в регионе 16 очистных, но финансовая сторона вопроса пока не решена. По той же схеме действует и Бурятия. К примеру, в конце августа стало известно, что республика получит деньги на реконструкцию очистных в селе Выдрино. Объект стоимостью 91 млн рублей был сдан в 2022 году. Теперь его мощность увеличивают ради строительства отеля на 200 мест. Инвестор отеля – компания «Славное море». Её конечных бенефициаров установить не удалось, но их лоббистский ресурс налицо: решение о подключении отеля к канализации принимается на уровне федерального правительства с участием вице-премьера Юрия Трутнева.
В прошлом году началась реконструкция очистных в Северобайкальске. Контракт на 3,3 млрд рублей был заключён с единственным поставщиком – ФАУ «РосКапСтрой». Это подведомственное Минстрою юрлицо также активно участвовало в строительстве очистных в рамках окончившейся скандалом программы по оздоровлению Волги (см. наш цикл расследований «В мутной воде»). Тот же подрядчик занимается реконструкцией правобережных очистных в Улан-Удэ. Работы здесь начались в 2017 году и сопровождались постоянными скандалами. К весне расходы на объект составили почти 12 млрд рублей, а степень его готовности едва превышает 20%. Сроки сдачи продолжают переноситься: теперь местные чиновники говорят уже не о 2024 годе, а о 2026-м.
Также на очереди строительство очистных в селе Баргузин. О готовности проекта сообщалось ещё пару лет назад, но о старте стройки новостей пока нет – видимо, необходимых 845 млн так и не нашлось. В списке очистных, которые нужно построить в Бурятии после Баргузина, ещё 17 пунктов. Когда до них дойдёт черёд, непонятно.
Нефтяной приток
Задержка со строительством очистных в прибрежных городках выглядит вопиюще на фоне того, что в последние годы миллиарды, предусмотренные на оздоровление Байкала, выбрасывались впустую.
Одна из таких историй связана с попыткой очистить от нефтяного загрязнения реку Селенгу – крупнейший приток Байкала. Дело в том, что в долине реки в черте Улан-Удэ ещё в советское время образовалась нефтяная «линза». Ликвидировать этот очаг экологического бедствия власти пытаются с 2012 года. Счётная палата отмечала, что до 2018 года потрачено 1,3 млрд рублей. «Несмотря на это, по данным Росприроднадзора и Роспотребнадзора, содержание нефтепродуктов в воде реки Селенги по состоянию на май 2018 года в 7,7 раза превышает фоновую пробу», – отмечала Счётная палата.
Проблема не выглядит решённой и по сей день. В 2019 году суд по иску прокуратуры обязал минприроды Бурятии ликвидировать нефтяную «линзу». «Объёмы скопления нефтепродуктов установлены лишь ориентировочно. При определении глубины залегания нефтепродуктов бурение скважин осуществлялось на глубину лишь в один метр. Кроме того, установлено, что в период затопления береговой полосы реки Селенги наблюдалось поступление нефтепродуктов в водоём вследствие затопления дренажных траншей, используемых для извлечения нефтепродуктов», – утверждала прокуратура. В 2022 году аналогичный иск был подан повторно. Параллельно шли судебные разбирательства между республиканским минприроды и подрядчиками, которые умудрялись высуживать дополнительные деньги. Также в суде выяснилось, что госконтракт был составлен то ли совершенно безграмотно, то ли очень хитро – обязанности подрядчика были прописаны весьма поверхностно.
О крахе проектов по оздоровлению Байкала свидетельствует ситуация ещё на двух объектах – шламонакопителе закрытого в 2013 году Байкальского целлюлозно-бумажного комбината и территории бывшего Джидинского вольфрамо-молибденового комбината. Подробнее о ней мы расскажем в следующем номере.
Другие новости по теме:
![](/upload/news/2024/09/11/76715_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76714_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76712_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76707_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76704_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76703_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76698_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76697_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76696_t.jpg)
![](/upload/news/2024/09/10/76695_t.jpg)